Янтарная комната

0
2595

Судьба знаменитой Янтарной комнаты, которую похитили из Царского Села во время Великой Отечественной Войны, – это тайна века. Никому реально не удалось до сих пор приблизиться к ней.

Наш фильм – журналистское расследование. Оно будет построено исключительно на документально подтвержденных фактах, собранных в архиве убитого немецкого искателя Янтарной комнаты Георга Штайна, современных исследованиях историка Александра Мосякина, а также засекреченных материалах из отчета специальных комиссий, созданных в 1949 году в СССР и в ГДР для поиска Янтарной комнаты. Впервые по материалам найденного в Калининграде уникального архива Георга Штайна будет восстановлена вся запутанная цепочка событий, связанных с Янтарной комнатой во время и после Великой Отечественной войны.

Ведущий расследования Сергей Медведев.

Янтарная комната стала своеобразным «Граалем двадцатого века», о котором грезили многие. Эту драгоценность искали тысячи охотников за сокровищами, Гитлер мечтал сделать ее главной достопримечательностью своего музея в Линце и надеялся, что она вылечит его расшатанную нервную систему. Янтарь! Но комната пропала не только для фюрера, но и для всего человечества. За 70 лет со дня окончания Великой Отечественной войны выдвигалось огромное количество версий и предположений. Но ни одна не ответила достоверно на вопрос – где находится эта комната? И сохранилась ли она?

В нашем фильме мы шаг за шагом пройдем по пути исчезновения Янтарной комнаты, опираясь только на факты и документы.


Часть I

Больше 70 лет остаётся неразгаданной тайна исчезновения знаменитой Янтарной комнаты.

То, что у меня за спиной, это блестяще исполненная копия. А настоящая Янтарная комната была украдена фашистами отсюда, из Екатерининского дворца, осенью 1941 года. А после Победы она бесследно исчезла.

Пропавшая реликвия стала, пожалуй, самой дорогой культурной потерей времён Второй мировой войны. Вокруг неё – одни загадки. Почему комнату не эвакуировали из этого дворца, хотя возможность для этого была? Зачем Гитлер так стремился её заполучить? И почему фрагменты Янтарной комнаты находят в разных странах?

Этот уникальный раритет сегодня окружён огромным количеством мифов, легенд и странных происшествий, многие из которых связаны с гибелью людей.

«Погибло 17 человек, которые находились на грани открытия её нахождения».

«Подобных историй вокруг Янтарной комнаты немало».

«И удивительные версии, удивительные версии…».

Почему поиски Янтарной комнаты стали смертельно опасными? За что были убиты все эти люди, кто только приблизился к раскрытию её тайны? И что хотел рассказать на большой пресс-конференции самый известный искатель Янтарной комнаты гражданин ФРГ Георг Штайн, но так и не успел этого сделать?

Мы продолжим его расследования и впервые расскажем вам, где сейчас находится похищенная Янтарная комната.

20 августа 1987 года Георг Штайн ехал на встречу с двумя бывшими офицерами особой группы Розенберга – как те представились ему по телефону. Они обещались сообщить важную информацию по Янтарной комнате. Её поискам Штайн посвятил много лет и, наконец, сделал сенсационное открытие. Он уже готовился к триумфальной пресс-конференции, когда раздался этот звонок. Исследователь, не задумываясь, откликнулся, даже не подозревая, что едет на встречу со своей смертью.

Его тело обнаружил на окраине городка Альтдорф случайный прохожий. 8 ножевых ранений – страшное, жестокое убийство, не раскрытое до сих пор.

Вся уникальная информация, кропотливо собранная за годы поисков, осталась в архиве Штайна.

Понимая ценность её и важность этих документов, друг и соратник исследователя барон Эдуард фон Фальц-Фейн выкупил архив у родственников и торжественно передал Советскому Союзу.

Не зная, что делать с подарком, московские чиновники отправили документы в Калининградский архив и… благополучно обо всём забыли.

Анатолий Бахтин (главный архивист Государственного архива Калининградской области): «Вот в этой комнатушке рядышком он там лежал, и с ним работал наш переводчик – бывший смершовец… Он, по-моему, как-то быстро умер».

Вот здесь в хранилище 30 лет пролежала настоящая бомба. Архив Штайна – это ключ, раскрывающий секрет Янтарной комнаты и многих других ценностей, вывезенных из Советского Союза в Германию. Штайн потратил гигантские суммы и годы жизни на эти поиски. Из-за них он полностью разорился, похоронил жену, которая не вынесла банкротства, получил многочисленные угрозы и был зверски убит.

За все 30 лет только несколько человек заглянули в его записи.

Анатолий Бахтин (главный архивист Государственного архива Калининградской области): «Я бы сказал, можно, в принципе, по пальцам перечислить».

Историк и публицист Александр Мосякин – один из них. Работая над циклом книг о Янтарной комнате, он несколько лет подряд приезжает сюда из Риги, чтобы изучать архив Штайна. И вот – удача: он разыскал несколько документов, которые загадочным образом пропали во время переезда архива из Европы в Москву.

Александр Мосякин выяснил, что ещё в архиве было письмо Георга Штайна, которое он написал перед самой своей гибелью. Что в нём – оставалось загадкой, поскольку письмо бесследно исчезло. Но и без письма многое стало понятным.

Георг Штайн погиб, так и не добравшись до Янтарного кабинета. Но он оставил нам ключ к разгадке его исчезновения – свой архив. Вот он.

И мы воспользовались этим ключом и сейчас первыми раскроем для вас тайну знаменитой Янтарной комнаты.

Начнём мы своё расследование с Екатерининского дворца — того места, откуда уникальный раритет был украден немецкими оккупантами осенью 41-го года.

«Катеринушка, друг мой сердешнинкий, здравствуй! О здешнем объявляю, что наш приезд сюда – недаром», – восторженно писал супруге о своём визите в Пруссию Пётр I. «Король подарил меня изрядным презентом – кабинетом Янтарным, о чём давно желали!».

Янтарное чудо произвело на русского царя ошеломляющее впечатление. Мозаичные панели с орнаментальным декором, словно живые, светились изнутри, переливаясь всевозможными медовыми оттенками. Над созданием этого шедевра трудились лучшие европейские мастера. Подобного сокровища не было ни у кого в мире.

Вольфганг Айхведе (профессор, историк, политолог): «Это подарок прусского короля вашему Петру I в выражение того, что Пруссия и Россия искали сотрудничество, искали не только партнёрства, искали дружбу».

Удивительно, но этот вполне традиционный обмен подарками и любезностями породил множество мистических домыслов и первую тайну, связанную с Янтарной комнатой, – будто бы Пётр и Фридрих поклялись, что реликвия может находиться в России до тех пор, пока на троне будет царская династия Романовых. Конечно, это не более чем красивое предание.

Вообще, трудно поверить, что давняя клятва помешала увезти драгоценный раритет подальше от стремительно надвигающегося фронта. Но почему тогда Янтарную комнату даже не пытались эвакуировать?

Царское Село, Екатерининский дворец.

«Во-первых, никто даже и представить себе не мог, что враг подойдёт к стенам Ленинграда. Это просто исключено было, это невозможно».

Безусловно, это так. Однако 32 тысячи предметов из экспозиции Екатерининского дворца всё-таки успели вывезти в тыл, а самый дорогой экспонат почему-то оставили.

Лариса Бардовская (заместитель директора Государственного музея-заповедника «Царское Село»): «А Янтарная комната – это особый случай, потому что она осыпалась. И когда приступили к её демонтажу, стали осыпаться мозаики».

Янтарь – действительно достаточно хрупкий материал. Но комнату постоянно реставрировали. Её первая починка состоялась ещё в середине XVIII века и обошлась императорской казне в 75977 рублей – это огромные по тем временам деньги, на них можно было купить несколько имений. Все дальнейшие реставрации тоже вылились в круглую сумму. Поэтому с трудом верится, что янтарные панели износились так серьёзно.

Восьмое чудо света – так называют Янтарную комнату во всём мире. 224 года простояла она в России. И, без сомнения, простояла бы и до наших дней, если бы не война, которая в сентябре 41-го года разорила Екатерининский дворец.

Так почему же советским властям не хватило целых трёх месяцев для того, чтобы спасти уникальную реликвию? А шесть немецких солдат под руководством унтер-офицера за 36 часов размонтировали Янтарную комнату, уложили панели в ящики и спокойно отправили всё это в Кёнигсберг.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «Массовая эвакуация свидетельствовала бы о том, что город будет сдан. Поэтому жёсткой команды на эвакуацию очень долго не поступало. А когда оказалось, что немецкие танки на подходе, эвакуировать было поздно».

Лариса Бардовская (заместитель директора Государственного музея-заповедника «Царское Село»): «Здесь мужчин практически не оставалось. Все мужчины ушли на фронт. И думали, что подойдут, кто-то приедет, что-то будут делать, но потом, когда увидели, что ситуация уже такая очень опасная, стали закрывать эти все мозаики, их заклеивали».

В архиве Екатерининского дворца мы обнаружили ещё один странный факт: задолго до начала войны, в 36-м году, составлялись списки экспонатов музея, подлежащих эвакуации. Но Янтарную комнату по непонятным причинам в эти списки не включили. Более того, в 40-м году уточнённые списки пропали. И в довоенной инвентарной книге Янтарной комнаты тоже не оказалось!

Лариса Бардовская (заместитель директора Государственного музея-заповедника «Царское Село»): «И вот здесь вы видите заветное слово «Янтарный зал». Вы здесь найдёте комод, вы здесь найдёте мозаику, вы здесь найдёте описание всех предметов из янтаря, которые находились в Янтарной комнате».

«А где же описание самих панелей?»

«Их нет. Сами панели – они как бы отсутствуют…»

А может, существовала особая причина пропажи этих списков? И кто-то сознательно их изъял?

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Как мне рассказывал Анатолий Михайлович Кучумов, было прямое указание из Москвы: до особого распоряжения Янтарную комнату не эвакуировать».

Кучумов Александр Михайлович. В 1941 году возглавил работы по эвакуации музейных коллекций Царского Села. После войны входил в комиссию по розыску похищенных гитлеровцами ценностей. Всю свою жизнь он посвятил музейной работе, мечтал о том дне, когда Янтарная комната вернётся на своё прежнее место.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Существует версия, что якобы Сталин готовил подарок Гитлеру в связи с заключением пакта Молотова-Риббентропа и т.д. И ему эту идею подсказал Алексей Толстой, писатель».

«Т.е. можно ли сделать вывод, что уже готовили Янтарную комнату к эвакуации? Только не в Москву, а в Германию?»

«Насколько эта версия правдива или нет, не знаю. Но, по крайней мере, она может объяснить, почему списки 38-39 года, где она могла находиться, были изъяты».

Кстати, именно с приходом к власти Гитлера в Германии янтарю стали уделять особое внимание. Началась его активная пропаганда как истинно немецкого национального камня.

Какая красота! Неудивительно, что ради неё люди на многое шли…

В XVII веке прусские короли присвоили себе монопольное право собирать солнечный камень. Местным жителям запрещено было это делать под страхом смертной казни. Древние пруссы называли янтарь горящим камнем. Brennenden Stein.

Действительно, посмотрите – в лучах электрического света и под солнцем он горит.

Зоя Костяшова (ведущий научный сотрудник Калининградского областного музея янтаря): «Никогда – ни до, ни после – в Германии янтарь так не пропагандировался, как в нацистские времена. Из него делали янтарные призы и другие символические вещи. Даже символику делали нацистскую, листья дуба или ещё что-то. Его сравнивали со светлыми волосами, пшеничными, немецких женщин. И призывы были такие, чтобы каждая женщина имела у себя янтарные бусы для того, чтобы она могла поддержать экономику. Это была такая акция помощи. Надо сказать, что это было очень мощная пропаганда!».

Замысел Гитлера был грандиозным и помпезным. Он хотел осчастливить родную Австрию и город Линц самым большим в мире музеем и свезти туда все шедевры, созданные человечеством.

Это его проект. Началось всё с грабежа немецких евреев, отправленных в концлагеря, но постепенно перешло в тотальное ограбление захваченных нацистами территорий. Специальные трофейные подразделения собирали и фильтровали картины, скульптуры, произведения декоративного и прикладного искусства. Наиболее интересные вещи предлагали на рассмотрение Гитлеру для его музея. Остальное распределялось между нацистской верхушкой и другими немецкими музеями.

Вольфганг Айхведе (профессор, историк, политолог): «Во время войны Янтарная комната стала объектом немецкого руководства. Они поняли Янтарную комнату как наследие немецкой культуры в России, которую они должны освободить».

Большой грабёж. Это было не просто военное мародёрство, это была государственная политика Третьего рейха. Мечту Гитлера о музее как символе мирового господства воплощал в жизнь главный грабитель Третьего рейха Альфред Розенберг.

Который говорил: «Достаточно уничтожить памятники народа, чтобы он уже во втором поколении перестал существовать как нация».

Альфред Розенберг. Рейхсминистр по оккупированным восточным территориям. Прибалтийский немец из Ревеля, учился в Москве, считал себя знатоком русской культуры. Любил русские иконы и Достоевского. В 18-м году эмигрировал в Германию, был ближайшим соратником Гитлера и грабил свою бывшую родину с размахом.

Помимо штаба Розенберга в Германии существовало ещё несколько структур, созданных для захвата культурных ценностей. В прифронтовой полосе их собирали трофейные подразделения, которые затем передавали ценности специалистам. Если это были архивы и книги, то к работе подключались спецслужбы. Если произведения искусства или древние раритеты, то за право их получить боролись сразу три структуры: особое подразделение вермахта, сотрудники штаба Розенберга и специальная миссия музея фюрера в Линце, – кто кого опередит. Кстати, так получилось и с Янтарной комнатой.

Янтарная комната была настолько желанной добычей, что бонзы Третьего рейха вели друг с другом ожесточённую борьбу за неё.

Когда немецкие войска были на подступах к Царскому Селу, вопрос о том, кому достанется знаменитая Янтарная комната, ещё не был решён. Представители миссии фюрера должны были появиться здесь лишь спустя две недели.

Ранним утром 17 сентября 41-го года первые немецкие батальоны вошли в Царское Село. А уже на следующий день высший офицерский состав с удивлением рассматривал Екатерининский дворец, восхищаясь роскошью его убранства и обилием редчайших произведений искусства.

Лариса Бардовская (заместитель директора Государственного музея-заповедника «Царское Село»): «Первые немцы, конечно, были в ошеломлении. Дворец всё равно был прекрасен: потому что резьба, потому что декоративное обрамление, остались паркеты, остались шелка на стенах, остались плафоны и вещи кое-какие – рамы; скажем, картины увезли, а рамы оставались».

Екатерининский дворец – резиденция русских царей, крупнейший дворцовый комплекс России. Во время Великой Отечественной войны он был полностью разграблен и полностью разрушен. Его восстановление заняло долгие годы и продолжается до сих пор, как и поиски главного украшения дворца – Янтарной комнаты.

Для немецкий оккупантов было вопросом чести найти древний прусский раритет, каковым они считали Янтарную комнату. Это был приказ фюрера: найти её и вернуть на историческую родину. Они с удивлением рассматривали залы дворца и никак не могли найти Янтарный кабинет – неужели его успели спрятать или вывезти? На самом деле Янтарная комната была на своём, прежнем месте.

«Когда немцы сюда зашли, что они могли увидеть?»

Лариса Бардовская (заместитель директора Государственного музея-заповедника «Царское Село»): «Они увидели помещение, в котором была резьба, эта верхняя часть яруса не была закрыта, потому что это была живопись, и не было света. Но они увидели красивую резьбу, я так думаю. Увидели паркет, засыпанный песком».

«Т.е. они могли догадаться, что здесь что-то не то?».

«Им было любопытно, конечно. И они явно отдирали этот картон, разрезали марли, заглядывали что там».

Вольфганг Айхведе (профессор, историк, политолог): «По всей вероятности, немецкие солдаты постарались получать как сувенир один штук янтаря или какие-то фигуры из комнаты и взяли с собой».

Именно тогда началось разорение янтарного шедевра и его разделение на отдельные элементы, которые потом находили в разных местах.

Первой исчезла эта флорентийская мозаика.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «Один из представителей действующей армии выломал одну из флорентийских мозаик, посчитал, что это хорошая ценность, и при очередном отпуске отвёз к себе на родину в Германию».

Кстати, это единственный фрагмент Янтарной комнаты, который спустя 60 лет «всплыл» на чёрном рынке ФРГ. Его выкупили и после многочисленных экспертиз вернули в Россию.

Получилась парадоксальная вещь. Офицер-мародёр Ахтерманн, укравший флорентийскую мозаику, сохранил её для нас.

Когда уникальная флорентийская мозаика XVIII века покинула дворец, чтобы в качестве сувенира оказаться у жены обычного немецкого офицера, в Царское Село прибыл настоящий специалист по культурным ценностям – личный посланник Гитлера граф Эрнст-Отто фон Сольмс-Лаубах.

Ему было поручено доставить Янтарную комнату в Кёнигсберг.

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Там есть ещё другие обстоятельства, что ей интересовался самый опытный специалист по янтарю доктор Роде. Он тарабанил во все двери, чтобы она вернулась в Кёнигсберг».

Альфред Роде. Известный учёный, крупнейший специалист по янтарю, автор многочисленных книг и научных статей, директор художественных собраний Кёнигсберга. Ещё студентом он собирал коллекцию янтаря, утверждая, что застывшая миллионы лет назад смола живая.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «9 августа 41-го года он написал письмо Коху: есть вот Янтарная комната там, она сделана прусскими мастерами, из прусского янтаря, для коронации прусского короля, это наша святыня, её нужно обязательно вернуть. Кох пообещал, что он поможет это сделать».

Правление Эриха Коха, гауляйтера Восточной Пруссии, отличалось исключительной жестокостью. Но он, когда дело касалось искусства и, особенно, изделий из янтаря, он становился сентиментальным романтиком. В Кёнигсберге Кох даже устраивал праздники, посвящённые солнечному камню, и лично принимал в них участие. Он сумел убедить Гитлера, что Янтарная комната должна вернуться на свою родину, в Кёнигсберг.

Эрих Кох, уже после войны, сидя в польской тюрьме, вспоминал открытие Янтарной комнаты в апреле 42-го года в кёнигсбергском замке: «Как сегодня помню тот день, когда доктор Роде пригласил меня на торжественное открытие Янтарной комнаты. Мы очутились в каком-то сказочном мире. Стены замка до потолка были покрыты разным янтарём, сверкали тысячами искр зеркала в хрустальных рамах». И потрясённый всем этим Кох сказал Роде: «За Янтарную комнату отвечаете головой, запомните это, Роде!». И Роде это хорошо запомнил. И ответил потом. Головой.

Когда Альфред Роде, наконец, получил Янтарную комнату, коллеги стали замечать изменения в его поведении. Они могли видеть, как тот гладил панели Янтарной комнаты и что-то им нашёптывал. Он напоминал им фанатика, у которого сбылась главная мечта.

Вообще, личность доктора Роде – одна из самых загадочных в истории исчезновения Янтарной комнаты. Талантливый учёный, бесконечно преданный своему делу, директор художественных собраний Кёнигсберга. По личному приказу гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха он был назначен главным хранителем Янтарной комнаты. Только он и ещё несколько человек знали, где в апреле 45-го находится эта реликвия.

Королевский замок – это исходная точка нашего калининградского поиска. Теперь на месте главной цитадели прусских королей вот этот затопленный котлован – как памятник незаконченным раскопкам.

И уродливая новостройка, ради которой уже в советское время замок окончательно сравняли с землёй.

«Я помню ещё, как на месте этого пустыря стоял знаменитый Королевский замок. От него одни руины остались. Мы бегали сюда искать сокровища и, кстати, находили – я нашёл Железный крест, не поверишь!»

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Это как раз – Южное крыло замка, где весной 42-го года собрали Янтарную комнату. Здесь был музейный комплекс и находились государственные художественные собрания Кёнигсберга, директором которых был Альфред Роде».

«Но площадь помещения была маленькой».

«Да, площадь помещения была примерно на треть меньше, чем в Царском Селе. Поэтому остались лишние детали, примерно треть, их потом отправляла железная дорога по разным адресам с маркировкой «Янтарная комната»».

«Именно отсюда и пошли всякие тайны и разночтения?»

«Совершенно верно»…

Подведём предварительные итоги нашего расследования.

В октябре 41-го года Янтарная комната была привезена сюда, в Кёнигсберг. Разместили её в самом центре города, в Королевском замке. Пометим это место флажком.

Весной 1942 года комната вошла в музейную опись художественных собраний Кёнигсберга, но уже под другим названием – немецкий Янтарный кабинет. Позже именно эта запись сыграет с Янтарной комнатой злую шутку.

Зал №37, где был смонтирован немецкий Янтарный кабинет, на треть меньше зала в Екатерининском дворце и ниже, поэтому третья часть янтарных панелей оказалась как бы лишней, и она была сложена в ящики. Потом эти панели видели в разных местах, что окончательно запутало искателей Янтарной комнаты.

Тогда же, весной 42-го года, произошло ещё одно событие, крайне важное для нашего расследования. Среди первых посетителей немецкого Янтарного кабинета был призывник вермахта и будущий искатель Янтарной комнаты Георг Штайн. Ему тогда исполнилось 18 лет. Он был молод, восторжен, и комната произвела на него неизгладимое впечатление! Юноша прибежал домой, чтобы поделиться своим восторгом с близкими. В гостях у родителей был тогда друг семьи обербургомистр Лейпцига Гердлер.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Гердлер прервал этот разговор и сказал, довольно резко сказал, обращаясь к Георгу Штайну: «Запомни, Георг, всё, что награблено, не может быть красивым, и должно быть возвращено туда, откуда взяли». И вот с этим напутствием Гердлера Георг Штайн отправился на фронт летом 42-го года».

Это редкая немецкая хроника – довоенный Кёнигсберг, столица Восточной Пруссии. Город, которого больше нет. Древние исторические памятники, прусские раритеты – в Королевском замке. Гибель этого города мистическим образом связана с исчезновением Янтарной комнаты.

До августа 44-го года Кёнигсберг считался одним из самых спокойных городов Германии. Война редко напоминала о себе. Немцы называли такие города убежищами. В эти тихие оазисы бежали от бомбардировок переселенцы из других районов страны.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «У меня дома несколько сот фотографий старого Кёнигсберга, я очень люблю этот город и представляю, каким он был. Скажем, если бы я жил в этом городе, ну, наверное, какие-то определённые романтические настроения жили бы и во мне. Полагаю, жили они и у Штайна. Человек он был увлечённый, что доказывает вся его жизнь. Собственно, и из-за увлечения он и погиб».

Город изменился за одну ночь. С 26 на 27 августа 44-го года. Когда 174 самолёта ВВС Великобритании сбросили на Кёнигсберг 500 тонн бомб. Так начиналась британская акция «Возмездие». В следующей бомбардировке принимало участие уже 189 самолётов. На этот раз англичане опробовали новинку – напалмовые бомбы, специально созданные для уничтожения гражданского населения. Более 4000 горожан сгорело, как факелы, в своих домах и бомбоубежищах. Весь исторический центр города был безвозвратно потерян. 200000 человек остались без крова.

При первых звуках воздушной тревоги жители города бросались в специальные бункеры-бомбоубежища. Подвалы выручали не всегда. Но в бункерах мест на всех не хватало, поэтому при входах устраивали настоящие битвы за место не на жизнь, а на смерть.

Казалось бы, в такой обстановке никому нет дела до Янтарной комнаты…

Но в городе оставался один человек, который целью жизни поставил спасение исторической реликвии. Это был доктор Роде.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Особенно страшной была бомбардировка в ночь на 30 августа. Роде, кстати говоря, пересидел всю бомбёжку у себя в кабинете. Под ним была Янтарная комната, а он сидел сверху. И сказал, что если она погибнет от бомб, то я погибну вместе с ней. И вот во время этой бомбёжки шесть цокольных панелей оплавились».

Неужели эта бомбардировка была такой неожиданной, и Янтарную комнату опять не успели вовремя эвакуировать – теперь уже немцы? Почему она подверглась опасности? И что с ней происходило дальше?

Чтобы в этом разобраться, мы снова обращаемся к архиву Штайна.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Вот ещё выписка из архива Штайна о движении Янтарной комнаты по разным местам:

15 августа 42-го года – февраль 43-го года: Янтарная комната – в Королевском замке;
Февраль 43-го года – июль 44-го года: Янтарная комната в хранилище Имперского банка».

Значит, во время бомбардировок Янтарная комната была уже разобрана. По подземному коридору Королевского замка её перенесли в соседнее хранилище филиала Имперского банка. Потом, когда в банк угодила британская бомба, комнату опять вернули в замок.

Итак, у нас есть свидетельства очевидцев и документы, подтверждающие, что Янтарная комната до июля 44-го года находилась в Кёнигсберге. Затем её начинают прятать и тайно перевозить из одного места в другое.

Именно в один из таких моментов Георг Штайн, будучи солдатом вермахта, увидел Янтарную комнату ещё раз. Правда, уже упакованную в ящики.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Вот! Вот, пожалуйста, то, что пишет Штайн в своём дневнике: «Морозным утром 28 января 45 года нами на дороге из Теренберга в Гермау была обнаружена колонна грузовиков, водители которых разбежались. После этого ящики были нами вскрыты, и мы установили, что в них были самые ценные предметы из янтаря и янтарные панели из-под Ленинграда. Так в мою жизнь вошло это понятие – Янтарная комната»».

Но как Янтарная комната могла оказаться здесь? Уникальная историческая реликвия, не имеющая цены, и вдруг брошена посреди дороги? Как могло такое произойти? И куда она пропала потом?

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Вот фраза, которая дополняет предыдущую информацию о движении Янтарной комнаты: «Как мне удалось узнать, этот груз следовал в рыбацкий порт Нойкурен, чтобы оттуда быть отправленным в город Засниц»».

Когда в 45-м году Кёнигсберг оказался в плотном кольце советских войск, в городе началась настоящая паника. Местные жители бросали всё: дома, могилы предков – лишь бы не видеть ужасов войны.

Но все пути по суше были отрезаны, бежать можно было только морем.

Вероятно, Янтарную комнату пытались вывезти на корабле, но что-то помешало. Скорее всего, начались бомбардировки. А может, после обнаружения грузовиков, комнату всё-таки доставили в порт назначения?

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «К сожалению, надо сказать, что нигде – ни в материалах спецслужб наших, ни в материалах контрразведки, разведки – нет документов трофейных, которые вдруг бы чётко говорили: Янтарную комнату в стольких-то ящиках, на этом корабле как раз её и вывозили… Таких документов нет. К сожалению, нет».

Морем ценности и грузы оправлялись из Кёнигсберга через порт Пиллау.

Я нахожусь на борту сухогруза «Марс» – это судно успело сделать отсюда четыре рейса, причём, последний раз оно уходило из Пиллау уже 13 апреля, т.е. четыре дня спустя после взятия города советскими войсками. На борту было 5000 беженцев. Могла ли находиться здесь Янтарная комната? Теоретически – да. Но, после торпедирования на Балтике крупнейшего германского теплохода «Wilhelm Gustloff» нашей подводной лодкой, нацисты опасались вывозить ценности из Кёнигсберга морем. Эрих Кох даже издал специальный приказ, категорически запрещавший делать это.

Значит, Янтарная комната осталась в Кёнигсберге. Но тогда – где? Мы снова возвращаемся к архиву Штайна.

«Когда начали немцы готовиться к эвакуации ценностей?»

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Вы знаете, это удивительная вещь, которую я открыл для себя в архиве Штайна. Оказывается, Георг Штайн нашёл начальные документы по планам Третьего рейха по захоронению награбленных ценностей.

Обратите внимание на дату – 17 марта 1944 года. Главное было нацелено на что? На то, чтобы подыскать нужные соляные шахты. И вот на территории Германии, Австрии, Чехии и других мест были составлены списки калийных шахт. Их 48 объектов. Помимо естественных хранилищ строились ещё хранилища особого назначения, т.е. подземные бункеры. И первые подземные бункеры стали создаваться именно в Восточной Пруссии».

Но в Кёнигсберге было уже немало старых подземных сооружений – тоннели, секретные шахты, военные форты, которые вполне могли выполнить роль тайных хранилищ.

В детстве с друзьями мне казалось, что я облазил все подземные сооружения города. Но как я ошибался! Мы многого тогда не знали.

Вот здесь я не был никогда. Этот вход был ещё недавно тщательно замаскирован. Он ведёт в подземелье. Вот он — настоящий подземный Кёнигсберг.

Здесь лестница, которая ведёт вниз. Глубоко. Сохранились даже перила – посмотрите. Это место мы нашли благодаря проводнику.

Здесь в полу какая-то дыра. Ничего себе! Попробую высветить фонарём. Глубина какая! Даже фонарь не берёт. Тут несколько этажей под землёй.

Совершенно неожиданно мы наткнулись на этот тоннель. Видите – раньше он перекрыт был массивными воротами, остались только петли.

Тоннель резко обрывается и уходит на глубину.

Страшновато. Есть здесь кто-нибудь? Пока вижу лишь летучих мышей, они спят ещё.

Ну что? Дальше дороги нет – тоннель затоплен водой. Тот, кто исследовал этот тоннель, сказал мне, что он упирается в секретную глубинную шахту. Она тоже затоплена водой. Никто не знает, как её откачать.

Такие секретные подземные сооружения строились по всей Восточной Пруссии. Первоначально часть их предназначалась для нацистского подполья. Немцы понимали, что Кёнигсберг рано или поздно будет оккупирован советскими войсками, и заранее готовились.

В таком вот бункере можно было, наверное, находиться несколько месяцев, не выходя на поверхность. Здесь были запасы еды, воды, помещения для отдыха. Ну, вот это, например. Что здесь могло быть?

Вполне возможно, что здесь хранили боеприпасы. А могли спрятать и Янтарную комнату! 20 ящиков легко здесь уместятся.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «Такими бункерами занималось строительное специальное подразделение. Для черновой работы использовались военнопленные, их расстреливали сразу после сооружения соответствующего бункера. Ну и, собственно говоря, те строительные части, которые привлекались, судьба этих солдат была тоже незавидной – их тут же отправляли на передовую и многие их них, в общем-то, погибали».

А вот здесь, похоже, были глухие двери. Видите – только петли остались. Они вели в это большое помещение.

А вот этот вход, как видите, замурован.

И сколько таких подземных залов находится под Кёнигсбергом – на этот вопрос точно никто не сможет ответить.

Так в каком же из многочисленных подземелий Кёнигсберга была спрятана Янтарная комната? За ответом мы снова обращаемся в архив Штайна.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Вот ещё выписка из архива Штайна по движению Янтарной комнаты. С июля 44-го года – Янтарная комната в имении Эриха Коха Gross Friedrichsberg, пригороде Кёнигсберга».

«Так надо туда, значит, ехать?»

«Думаю, надо ехать, искать»…

«Да-а-а… Неужели остатки этой стены – это всё, что осталось от знаменитой усадьбы Гросс Фридрихсберг – усадьбы всесильного гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха? Похоже, местные жители растащили по домам, по подвалам…

А за этой стеной был главный дом, вспомогательные помещения, усадебное хозяйство, пруды и какой-то секретный объект, где как бы предполагалось, что Кох захоранивал свои награбленные сокровища. А как его строили?»

«Строили военнопленные с конца 44-го года».

«А что было с теми, кто строил?»

«Пленных, их расстреливали. Расстреляли практически всех».

Если бы не местные ребята, то мы бы никогда не смогли найти подземный бункер. Трудно распознать в заросших бурьяном бетонных развалинах тот самый знаменитый суперсекретный объект, ради которого здесь расстреляли всех строителей-военнопленных.

«Вот здесь был бункер, сейчас его снесли».

«Какой он раньше был?»

«Раньше круглый был, большой, высокий. Снесли года два назад».

«А внутрь можно было попасть?»

«Да, под землёй выходишь».

«Вы лазили? Что там?»

«Мы до конца не доходили».

«Сейчас тут вообще никак не пройти?»

«Нет».

Вот оно, имение Коха на старой карте.

А это – главный пруд, мы его нашли основательно заросшим. Развалины бункера, где мы были, находятся вот здесь. Так для чего же строились все эти объекты? Какую тайну они хранят? Может, это знают те, кто проводил здесь раскопки?

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «В имении Коха есть несколько объектов, очень странных. Когда мы в экспедиции были, даже специалисты были гидротехнического профиля, они не могли сказать, что это такое. Там есть так называемый объект «бассейн» – никто не может объяснить, что это такое. Там шлюз сделан, даже система шлюзов, которая позволяла спустить воду из озера и очень быстро её набрать».

«Похоже, колодец. Да и бетон старый. И там – целая система».

Мы выяснили, что секретную систему шлюзов уже давно приспособили под современные нужды. Когда здесь воду из прудов спустили, никаких сокровищ не обнаружили. Так что секрет тайных хранилищ Коха так и остался неразгаданным. Возможно, в архиве Штайна мы сможем найти разгадку? В своих документах он уделял особое внимание имению Коха.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Вот фраза, которая дополняет предыдущую информацию о движении Янтарной комнаты: 26 января 45-го года по приказу Эриха Коха предпринималась попытка вывезти Янтарную комнату из Фридрихсберга вместе со старинными русскими иконами и прочими ценностями на Земландский полуостров, чтобы оттуда отправить её в Гамбург или Киль».

Так вот они, те самые грузовики с Янтарной комнатой, которые бросили по дороге в порт!

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Да, это были награбленные ценности Коха».

«Вот сейчас вопрос вот ещё в чем: что это за янтарные панели?»

«Да, вот это действительно интересно!»

«Какая часть Янтарной комнаты?»

«Дело в том, что по имеющейся информации Кох, будучи человеком очень тщеславным и честолюбивым, не хотел отдавать комнату Гитлеру. Ну, никак ему этого не хотелось! Он хотел оставить её у себя, пусть даже не подлинную, а копию. И есть информация, что в имении Коха под Тихинау (?) были мастера (причём, женщина руководила этими работами), которые заготавливали копии янтарных панелей в 43-44 гг. Сколько было заготовлено панелей – неизвестно.  Такая вот история…»

Итак, что же мы узнали? В имении Коха изготавливали копию Янтарной комнаты. Зимой 45-го года Эрих Кох пытался вывезти её морем вместе с другими ценностями через рыбацкий порт Neukuhren (Нойкурен). Вот он.

Именно по дороге сюда из Кёнигсберга Георг Штайн и встретил грузовики с ящиками. В них находились ценности из имения Коха. Как потом выяснилось, это была копия Янтарной комнаты!

Ну а, где же тогда в этот момент находился оригинал?

Как мы установили, Янтарный кабинет продолжал находиться в подвалах Королевского замка, в той его части, где был самый популярный в городе ресторан Blutgericht, в переводе с немецкого – «Кровавый суд».

Это была самая старая часть замка с трёхъярусными каменными подвалами, которые могли выдержать любые бомбардировки. В спокойное время кёнигсбержцы любили здесь пропустить стаканчик-другой.

Почему же Янтарная комната продолжала оставаться в самом центре города, у всех на виду, вот здесь, в замке?

Ответ очень прост.

Дело в том, что Альфред Роде – человек, который отвечал за сохранность Янтарной комнаты – никак не хотел её перевозить из Кёнигсберга вот сюда, в Саксонию, в замок Вексельбург.

Приказ об эвакуации комнаты им давно уже был получен.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Дело в том, что Роде начал играть в хитрую игру с Гитлером, опасную игру. Когда Гитлер требовал, чтобы он отправлял Янтарную комнату, а уже требования шли через Бормана, он стал отправлять разными путями все лишние части, лишние детали Янтарной комнаты».

Именно благодаря доктору Роде Янтарную комнату вовремя не вывезли из Кёнигсберга. И это несмотря на личные приказы Гитлера!

Этот факт зафиксирован в протоколах допроса Роде, которые в 2011 году историк Александр Мосякин неожиданно обнаружил в архиве Александра Кучумова – руководителя Госкомиссии по поиску Янтарной комнаты.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Есть документы, это уже показания Альфреда Роде в советской комендатуре в конце июня 45-го года, где он описал чёрным по белому, что вплоть до 5 апреля 45-го года всё имущество Янтарной комнаты упаковано, находилось в Большой Орденской зале Кёнигсбергского замка, т.е. вон там!»

Так почему же эти документы нигде и никогда раньше не публиковались? А может быть, кому-то было выгодно сохранять их в тайне?

9 апреля 1945 года на рассвете 1-я Московско-Минская гвардейская дивизия форсировала реку Прегель и захватила Кафедральный собор и Королевский замок.

Большой Рыцарский зал замка пострадал меньше всего. Когда в него вошли советские артиллеристы, то увидели большое количество ящиков. На некоторых из них сидели испуганные немцы. Директор ресторана Blutgericht, который располагался этажом ниже, Пауль Фейерабенд вспомнил, что русский полковник спросил: «Что в ящиках?». Ему ответили: «Музейные ценности». Он на это не обратил никакого внимания. Для него важнее было очистить помещение от немцев. На это никто раньше из исследователей не обращал внимания. А это очень важная информация для нашего дальнейшего расследования.

Получается, что с 9 на 10 апреля 45-го года Янтарная комната перешла в собственность советских оккупационных властей, т.е. оказалась у нас! И это подтверждено протоколом директора ресторана Blutgericht.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Этот документ Анатолий Михайлович Кучумов никогда никому не показывал. Я с ним был в близких отношениях – очень хорошо его знал. Он мне очень многое рассказывал, но никогда об этом документе он слова не проронил. Получается, что это сенсация!».

Когда историк Александр Мосякин обнаружил в архиве эти документы, он по-другому взглянул на всю историю пропажи Янтарной комнаты. И начал своё собственное расследование, которое мы продолжим вместе с ним.

Часть II

Вот уже больше 70 лет бесчисленное количество людей, организаций пытаются найти Янтарную комнату. Пожалуй, самую дорогую культурную потерю времён Второй мировой войны.

Только на сегодня официально заявленных версий о её местонахождении более 600, но все они не подтвердились.

То, что мы расскажем вам сегодня, можно назвать сенсацией!

Вместе с автором книг о Янтарной комнате историком Александром Мосякиным мы продолжаем наше расследование. Причем, все собранные нами доказательства подтверждены документами.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Вот показания, от руки написанные, и это не печатная машинка!».

В первой серии нашего фильма мы выяснили, что Янтарная комната оказалась в руках представителей советских оккупационных властей в Кёнигсберге. Но куда же она делась потом? И почему мы не можем её найти вот уже 70 лет?

Сколько себя помню, в Калининграде всегда искали Янтарную комнату. Когда приезжаю в родной город, обязательно новость: кто-то в очередной раз её нашёл или подобрался к раскрытию её тайны. И всякий раз сердце замирает: а вдруг – правда?

Бывшая столица Восточной Пруссии после войны действительно была настоящим клондайком. Клады искали все – стены домов простукивали, огороды перекапывали, вскрывали могилы, лазили по бомбоубежищам и даже по канализационным тоннелям. И обязательно кто-то что-то находил. Правда, не Янтарную комнату или произведения искусства, а разные мелочи вроде кухонной посуды и золотых колечек.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «У большинства немцев существовала надежда и уверенность в том, что рано или поздно всё равно рейх возродится, земля эта будет их, поэтому, главное, надёжно спрятать. Ну, прятали, кто куда мог! Выкопают яму поглубже, значит, ящик туда положат, всю посуду, какие-то фамильные драгоценности, всё это прикроют, замаскируют…».

Закапывали не только фамильное серебро и семейные драгоценности. В Восточную Пруссию свозилось огромное количество награбленных ценностей с оккупированных территорий. Многое не успели вывезти. И специальные зондер-команды прятали награбленное в секретные бункеры и тайники.

Знаменитый немецкий искатель Янтарной комнаты Георг Штайн знал об этом и составил список возможных мест захоронений культурных ценностей на территории Восточной Пруссии. Список этот пропал… Остались лишь некоторые записи. Среди них отдельной строкой Штайн выделил: «Орденская церковь XIV века в Тарау – необходимо уделить особенное внимание». Этот документ мы нашли в архиве. Он и привёл нас сюда.

Мы приближаемся, пожалуй, к самому интригующему месту на карте восточно-прусских сокровищ – местечко Тарау, это примерно в 20 км южнее Кенигсберга. Сейчас это посёлок Владимирово. Именно здесь в 44-м году, как говорят свидетели, происходили весьма загадочные события.

Поздней осенью 44-го года сюда, в Тарау, прибыли военные строители-эсэсовцы. Они пригнали большое количество военнопленных, оцепили участок и начали секретное строительство. Какой объект строили – местные жители не знают. Но военнопленные, а это были бельгийцы, французы, поляки, русские, – все потом были расстреляны.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Этот объект – он обозначен, кстати говоря, на карте сокровищ Штайна пропавшим, – под номером 1489. И он сказал, что на этот объект нужно обратить особенное внимание. Именно этот храм. В начале 88-го года в редакцию рижской газеты «Советская молодёжь» (бывшая) пришёл человек и принёс, положил на стол, огромный кусок музейного янтаря. Он прошёл экспертизу, эксперты оценили его как музейный янтарь высокого качества. После этого сюда приехала рижская поисковая экспедиция, очень хорошо оснащённая. И они здесь в сезон 88-го года работали. Работы провели очень большие. Поиски сами по себе не привели к находкам крупным, янтаря или чего-то. Но то, что они услышали от местных жителей, их, конечно, поразило».

Они рассказали, что рядом с храмом находится очень интересный объект: на первый взгляд – самое обычное озеро, но оно таит в себе множество загадок.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Самое странное в этом озере то, что его нет на немецких топографических картах ни 21-го года, ни 37-го. И потом вдруг оно откуда-то появляется. Получается, что секретное рукотворное. Но самое интересное – вот в чём. Что это озеро, по крайней мере однажды, оно точно спускалось и поднималось. Возможно, что секретный объект строили не возле церкви, а строили вот здесь. И вход могли прикрыть водной гладью. Это излюбленный немецкий приём».

Есть ли что-нибудь об этом в архиве Штайна? Да, сохранилась его переписка с рижскими исследователями и воспоминания местных жителей. Оказывается, здесь действительно был один из секретных военных объектов, которые немцы строили по всей Восточной Пруссии для отрядов «вервольфа», которые должны были начать партизанскую войну в тылу советских войск. Правда, в немецких архивах Штайн про это не обнаружил ничего.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «Дело в том, что это стиль работы немецкой разведки, контрразведки. Наиболее важные секреты никогда не перекладывались на бумагу. И даже не микрофильмировались. Они передавались устно».

По всей Восточной Пруссии было оборудовано свыше 40 суперсекретных бункеров. Может, в одном из них прятали Янтарную комнату?

Точное расположение этих объектов в немецких документах не указано. А Штайн многие из них нашёл.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Немцы начали, оказывается, ещё в начале 44-го года реализацию плана по захоронению сокровищ Третьего рейха – как своих, так и награбленных».

«Вот они списки».

«И первые подземные бункеры стали создаваться именно в Восточной Пруссии уже летом 44-го года».

«Всё расписано?»

«Площадь, влажность, что можно хранить…»

Большие правительственные комиссии по поиску Янтарной комнаты приезжали в Калининград дважды. И всякий раз после серьёзной кропотливой работы делался неутешительный вывод: найти реликвию невозможно, потому что она исчезла, сгорела, пропала.

Первая государственная комиссия начала работу в Кёнигсберге в июне 45-го года. Её возглавил Александр Яковлевич Брюсов, брат известного поэта. По злой иронии судьбы основным помощником в поисках стал Альфред Роде – главный нацистский хранитель Янтарной комнаты, человек, который принимал самое активное участие по сокрытию ценностей Третьего рейха на территории Восточной Пруссии.

Доктор Роде не покинул родной город. Почему? У него была прекрасная возможность это сделать. Или хотел остаться рядом со своей Янтарной комнатой? Его арестовали и допрашивали вот здесь, в здании военной комендатуры города Кёнигсберга.

Но поскольку в его деятельности не нашли ничего опасного, то его отпустили. Отпустили, чтобы потом привлечь к работе первой советской комиссии по поиску Янтарной комнаты.

Вольфганг Айхведе (профессор, историк, политолог): «По всей вероятности, он последний серьёзный человек, который видел Янтарную комнату. Было бы лучше, если бы он с самого начала был готов советским победителям сказать, что он знает. Но, к сожалению, он молчал».

Более того, он убедил Брюсова, что комната сгорела в замке во время большого пожара в ночь на 11 апреля 45-го года.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Брюсов отправил докладную в Москву. В ней было сказано, что, по всем данным, Янтарная комната сгорела между 9 и 11 апреля 1945 г. В Москве это приняли на веру и на Янтарной комнате поставили крест».

Доктор Роде не хотел расставаться с Янтарной комнатой. Но зато охотно показывал тайники, где были спрятаны другие ценности.

В своих воспоминаниях Брюсов рассказывает, что однажды доктор Роде привёл его в какой-то бункер, где были сложены картины и большие ящики. После неожиданной гибели Роде, спустя много лет, Брюсов никак не мог найти это место. Оно оказалось словно заколдованным.

Мы нашли это место. Вот оно. Нынешняя улица Барнаульская.

По всем документам и свидетельствам очевидцев, именно здесь всё происходило.

Сейчас здесь забор, и идёт реконструкция немецкого особняка.

На этом месте раньше был Музей янтаря, который немцы взорвали 16 января 45-го года. Причём, взрыв был произведён так, чтобы замаскировать подземный бункер, где хранились ценности. Но Роде знал тайный вход в хранилище.

Вокруг этого дома были развалины. И среди них – хорошо замаскированный вход в бункер. Именно сюда приводил профессора Брюсова доктор Роде и показывал ему картины и ценности, которые были складированы в ящиках. Потом, несколько лет спустя, Брюсов никак не мог найти это место. Да и понятно – оно изменилось до неузнаваемости. Появились какие-то дома, заборы, постройки. А под землёй… Под землёй, не исключено, что этот бункер сохранился.

Как следует из дневников Брюсова, в этом бункере удалось найти картины известных мастеров и уникальную коллекцию янтаря из музея. Всё это Брюсов передал куда следует, т.е. особой трофейной бригаде. Но в официальном отчёте о сокровищах этого бункера он не обмолвился ни словом, ему просто запретили.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «Кроме археологии, кроме археологических экспонатов, относящихся к прусскому периоду, по сути дела, в то время найти ничего толкового не удалось».

После того, как Роде показал бункер с сокровищами, его чуть ли не каждый день начали с пристрастием допрашивать в комендатуре сотрудники НКВД. В итоге, доктор Роде выдал списки тайных хранилищ. Скорей всего, их сразу же засекретили, потому что ни в отчёте Брюсова, ни в документах Штайна этих списков нет.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Роде был хранителем всех захороненных ценностей в Восточной Пруссии. И когда он в конце июня 45-го года побывал на допросе в «сером доме» в комендатуре и вышел оттуда, он подписал себе смертный приговор. Дело в том, что ведомство Шелленеберга оставляло в Восточной Пруссии группы возмездия так называемые. Т.е. те должны были карать предателей и людей, которые там хранили сокровища».

По свидетельству соседки, ночью к нему домой пришли трое немцев. Спустя несколько часов Роде и его жену доставили в клинику с желудочным кровотечением. Спасти их не удалось.

Доктора Роде и его жену похоронили на кладбище Luisen Friedhof. Это всё, что от него осталось.

Эти надгробные плиты свезли на маленький пятачок нового российского кладбища. Здесь давно хоронят российских граждан. Я помню ещё разговоры своих родителей – они очень интересовались тайной Янтарной комнаты. Так вот: большое удивление было у тех, кто вскрыл могилу Роде. Она оказалась пустой! И тайна её до сих пор не разгадана.

Через год в Кёнигсберг приехала ещё одна государственная комиссия по поиску Янтарной комнаты во главе с известным искусствоведом Анатолием Михайловичем Кучумовым – бывшим хранителем Янтарной комнаты в Царском Селе.

Он начал работу с Королевского замка, где якобы сгорел древний раритет.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «Кучумов вместе с искусствоведом из Царского Села Трончинским опять пришли в этот зал, где проводил поиски Брюсов, всё посмотрели и сказали: «Да вы что? Это вообще никакого отношения к Янтарной комнате не имеет. Это сгорела мебель Кайзерлингов». Дело в том, что Янтарная комната имела отдельные элементы – металлические крепления, которые не могли сгореть. И если они не были обнаружены, значит, там и не было Янтарной комнаты».

Возмущённый дилетантскими выводами предыдущей комиссии, Анатолий Михайлович начал новое расследование.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «2 апреля 46-го года Анатолий Михайлович сделал опрос директора ресторана Blutgericht Пауля Фейерабенда. И он рассказал ему совершенно удивительную вещь о том, что же стало с Янтарной комнатой: с полуночи 9 апреля 45-го года Янтарная комната де-факто оказалась в руках советских оккупационных властей».

Всё это происходило в самом центре Кёнигсберга. На старой карте очень хорошо видно: Королевский замок (вот он помечен жёлтым флажком).

Хочу обратить ваше внимание на одну очень важную деталь.

Директор ресторана Blutgericht рассказал, что на больших ящиках стояли немецкие регистрационные номера, и была надпись «Из музейных собраний Кёнигсбергского замка». Т.е. для фронтового советского полковника это были просто трофеи. И, как положено, он их передал трофейной бригаде НКВД.

Обо всех этих событиях так бы никто и не узнал, если бы в 2011 году историк Александр Мосякин не обнаружил эти документы в архиве Кучумова уже после его смерти. Сам Анатолий Михайлович протокол допроса Фейерабенда никому никогда не показывал.

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Секретность была большая. Не принято было об этом вспоминать, говорить, интересоваться. Это ж не просто сарай построить и спрятать. И всё дело в том, что прятали. Куда-то надо было девать миллион семьсот тысяч германских ценностей».

Полковник КГБ в отставке Николай Иванович Никандров начал заниматься проблемами культурных ценностей в 91-м году, когда в Министерстве культуры России был впервые создан специальный отдел. И обнаружил шокирующие факты.

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Я, когда соприкоснулся с этой темой уже будучи на гражданке, я увидел, что, в общем-то, до меня здесь «конь не валялся». Это совершенно нетронутые архивы, никого не интересующие. Они только-только рассекречены… Много неизвестного, неизведанного остаётся совершенно невостребованным в нашей стране».

Вольфганг Айхведе (профессор, историк, политолог): «До сих пор российская сторона не готова открыть все свои военные архивы. Поэтому, к сожалению, мы до сих пор неточно можем ответить, какие сокровища нашли советские солдаты».

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Трофейные бригады – они складывали всё: и овец тонкорунных, вывезенными немцами в Германию; они занимались рельсами, шпалами, паровозами, вывезенными немцами, пароходами и в том числе – культурой».

В архиве мы нашли важный документ – это выписка из регистрационного журнала кёнигсбергского Королевского замка, в котором Янтарная комната зарегистрирована под реестровым номером 200, как экспонат музея, «Немецкая комната». Это очень важно!

Получается, что по документам Янтарная комната проходила как собственность Восточной Пруссии, а не Советского Союза.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Не русская, которую Растрелли собрал Екатерине, а немецкая, которую собрал Альфред Роде».

Дело в том, что Роде мечтал воссоздать именно первоначальную Прусскую комнату, ту, которую подарил Фридрих Вильгельм I Петру Великому. А янтарные панели, созданные позднее русскими мастерами, Роде отправил вглубь Германии по приказу Бормана. В Кёнигсберге же Роде собрал свою Янтарную комнату. Как раз её, уже демонтированную, и забрала поисковая группа НКВД, решив, что это экспонат немецкого музея.

Итак, что же получается?

Во-первых, Янтарная комната не сгорела, она осталась в замке.

Во-вторых, она оказалась в руках советских оккупационных властей, которые передали её специальной трофейной команде НКВД.

В-третьих, по всем документам она проходила как немецкий трофей – это очень важно! И поэтому была направлена в особый фонд трофейных ценностей.

Т.е. произошла досадная ошибка. Почему же тогда Анатолий Кучумов никак не попытался её исправить?

Кучумов прекрасно понимал, что наживёт себе крупные неприятности, если будет интересоваться подробностями в НКВД. Но продолжал искать Янтарную комнату тайно, ожидая благоприятного стечения обстоятельств. Такой случай вскоре представился.

В 49-м году в Восточном Берлине нашёлся свидетель, который уверял, что знает, где находится Янтарная комната.

Это был Герхард Штраус. Вот он.

Бывший коллега доктора Роде – инспектор по охране памятников Восточной Пруссии.

Кучумов написал письмо Сталину, в котором сообщал, что нашли человека, который знает, где хранится Янтарная комната. Вскоре пришла резолюция от вождя – доставить Штрауса в Кёнигсберг и начать поиски драгоценной реликвии.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Была создана большая поисковая комиссия. Её возглавил первый секретарь Калининградского обкома партии Кролевский, МГБ там было. Приехал на розыск Янтарной комнаты и Штраус. Но вёл он себя удивительно странно. Он ходил по родному городу и не узнавал адресов. Больше двух недель шли поиски Янтарной комнаты, и они ни к чему не привели».

Почему же Штраус, приехав в Калининград, вдруг изменил свои намерения? Дело в том, что его по накатанной привычке стали допрашивать с пристрастием. Искусствовед сильно обиделся и, спустя несколько лет, отомстил. Но об этом мы расскажем чуть позже.

Тогда же высокопоставленные товарищи из МГБ начали разбираться, и всплыли неожиданные подробности. Оказывается, уникальный исторический раритет был уже давно найден, но по незнанию вместе с трофейными немецкими ценностями его куда-то переправили. Скандал! Надо было всё «спускать на тормозах», потому что вождь требовал результата, а своя жизнь дороже какой-то Янтарной комнаты.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Их всех начали трясти – Брюсова, Штрауса, Кучумова, всех. После этой тряски у Брюсова случился инфаркт, он уехал в Москву и больше никогда и ни с кем на эту тему не разговаривал. С Кучумовым – с ним, в общем-то, поступили ещё по-божески. С него взяли подписку о неразглашении, запретили заниматься кладоискательством…».

Заключение комиссии заняло несколько страниц. Смысл был прост: Янтарная комната не сгорела, но найти её не удалось.

После таких официальных заявлений, казалось, что страсти по поиску комнаты должны были улечься. Но почему тогда в конце 60-х в Калининград началось настоящее паломничество чёрных копателей? Я сам прекрасно помню тот поисковый азарт, который буквально охватил весь город! Отчего это происходило? Или кто-то сознательно подогревал интерес? Тогда – для чего? Чтобы скрыть настоящую правду о Янтарной комнате!

В 58-м году вышла целая серия статей в «Калининградской правде». Вскоре появились похожие публикации в ГДР и ФРГ.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Спецслужбы стали запутывать след к этой Янтарной комнате. В частности, этим занималось КГБ и Штази. Потому что информация, я могу это утверждать, была дезинформацией».

Спецслужбы, допустившие досадную ошибку в истории с Янтарной комнатой, чтобы вывести себя из-под удара, стали направлять поиски в другую сторону. Делать это было легко, поскольку вся информация о перемещённых ценностях тогда была засекречена.

Анатолий Бахтин (главный архивист Государственного архива Калининградской области): «Всплески – они регулярно были. Статья там прошла какая-то, где-то там в газете, – новый всплеск. Как только всплеск здесь, я потом отслеживал, так сразу же всплеск на Западе».

Новая волна поисков началась в Польше с заявления бывшего гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха, который отбывал пожизненное заключение в польской тюрьме.

Андрей Пржездомский (кандидат исторических наук, участник экспедиции по поискам Янтарной комнаты в 1969 году): «Уже будучи престарелым человеком, Кох сделал заявление о том, что он якобы знает, где скрыта Янтарная комната. Причём, он назвал конкретный объект. Действительно, быстренько оцепили это пространство, туда приехал экскаватор, потом много рабочих, каждый день приезжало начальство, с папочками, смотрело, как экскаватор ковшом выгребает землю. Но ничего найдено не было, кроме костей бывшего понартского кладбища. Во всяком случае, Кох после этого замкнулся, и добиться от него чего-либо было невозможно».

Простой немец из ФРГ Георг Штайн тоже прочитал заметку в газете о безуспешных поисках Янтарной комнаты и решил восстановить справедливость. Он на свои деньги один начал собственное расследование. Почему вдруг бывший солдат вермахта проявил такое рвение?

Давайте вернёмся немного назад, в Кёнигсберг 45-го года, окружённый плотным кольцом советских войск.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Штайн был на фронте, а вся семья Штайна – отец, мать, Дорота, Луиза – они были арестованы за связь с Гёрделером. Этот друг семьи Штайна, Гёрделер, был участником заговора против Гитлера и был казнён в феврале 45-го года по приговору нацистского суда. И 6 апреля 45-го года по приказу Коха, когда уже штурм города начался советскими войсками, вся семья Штайна была казнена».

Так вот почему вполне обеспеченный немец из Западной Германии вдруг начал с риском для собственной жизни поиски Янтарной комнаты и мечтал о том дне, когда она вернётся в Советский Союз!

Принципиальность и стремление идти во всём до конца Георг Штайн унаследовал от отца. Это помогло ему в поисках Янтарной комнаты и одновременно стало причиной гибели.

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Дело в том, что мы вот сейчас не знаем, как в Германии относились к архивам штаба Розенберга, например. Они их не выдавали просто. Штайн выбрал такую легенду, что он изучает мир преступников средневековья».

На удивление, историку-любителю из городка Штелле, который якобы изучает мир средневековых преступников, открывались все двери. И Штайн с упорством шёл к цели, как собака, напавшая на след.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «А вот ещё клад от Штайна – это плёнки, часть его архива, который он купил в США, в том числе, здесь документы, связанные с деятельностью штаба Розенберга».

Именно благодаря этим документа штаба Розенберга Штайн напал на след. Правда, не Янтарной комнаты. Он нашёл информацию о каких-то сокровищах в стеклянных гробах, вывезенными немцами из Советского Союза.

На самом деле это были ценности Псково-Печёрского монастыря, которые хранились в особых стеклянных ларях.

Через три года Штайн нашёл место, где они хранились. Это был музей икон в Реклингхаузене. Он приехал туда и вошёл в дверь как простой посетитель, никого не предупреждая. День был выходной, но историка-любителя, специально приехавшего из городка Штелле посмотреть иконы, впустили и даже показали псковские сокровища.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «И он увидел ящики, стоявшие вдоль стен. Там были золотые цепи с медальонами, усыпанные драгоценными камнями, оклады дорогие, там богатейшая была ризница. Там было огромное собрание талеров XVII-XVIII вв., одно из лучших вообще в Европе. Там очень много чего было…».

Но оказалось, что найти – это ещё не самое главное. Нужно было доказать, что это те самые сокровища и что принадлежат Псково-Печёрскому монастырю. За доказательствами Штайну пришлось ехать на Афон, к старцам.

Уставший от чиновничьих придирок и накопившихся за годы поисков долгов, он писал в своём дневнике: «В Афоне я стал на колени, я молился. Бог мой, я загнан, я затравлен. Бог мой, ты видишь, что я никого не обманываю, я ищу эти сокровища и янтарь не для личного обогащения, а ради спокойствия душевного, человечности, справедливости. Я разорён, хозяйство пущено на ветер, жена тяжело душевно больна. Бог мой, помоги, не дай умереть мне в долговых преследованиях, не позволь семью мою обратить в нищенство».

Анатолий Бахтин (главный архивист Государственного архива Калининградской области): «На эти поиски всегда нужны деньги. Чем их больше, тем лучше. Надо ездить, что-то искать, документы заказывать, звонить. В конце концов он заложил и свой сад, и свой дом. И не только заложил, но уже и перезакладывал…».

Но Штайн упорно продолжал работу. Через несколько лет бесконечных согласований с чиновниками настал момент истины – он ехал в Советский Союз возвращать сокровища Псково-Печёрского монастыря. На торжественную церемонию собрались все окрестные жители, приехали правительственные делегации ФРГ и СССР…

Я думаю, что Штайн втайне надеялся посетить свой родной город и этот Кафедральный собор, где в 42-м году он молился перед отправкой на Восточный фронт. Но иностранцев в советский Калининград тогда не пускали и исключение для человека, вернувшего нашей стране целое собрание национальных реликвий, делать не собирались. Его провезли по Золотому кольцу, наградили православным орденом Святого Владимира и с почётом отправили домой. Денег при этом за многолетний труд не заплатили ни копейки.

После публикаций о находке стеклянных гробов Штайн стал знаменитостью. У него появилось много знакомых и среди них – некий историк, который тоже интересовался Янтарной комнатой. Его звали Пауль Энке.

Пауль Энке, подполковник разведки ГДР Штази, человек, с которым связана самая важная находка Штайна, та, из-за которой его убили.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Он не знал, конечно, что он разведчик, но после этого почти всю информацию, которую получал Штайн, давала ему Штази. Т.е. он практически работал на Штази. И с этого момента ему пошли интересные документы. И вот к нему пришла информация о сокровищах шахты Гросслебен».

В этой шахте в Саксонии якобы были спрятаны награбленные нацистами сокровища, в том числе и Янтарная комната. Это было настоящей сенсацией! Он совершил открытие века! Штайн тут же собирает пресс-конференцию, и вдруг звонок – ему обещают передать очень важную информацию. Он выехал на встречу, которая оказалась роковой…

Всю основную информацию о шахте Гросслебен Штайн успел записать в своём последнем письме к издателю, и оно пропало из его архива. Но мы установили, что с этого письма была сделана копия. И, возможно, вскоре мы узнаем, что там было написано, тогда станет понятно, кто был заинтересован в смерти искателя.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Через три месяца после смерти Штайна внезапно ушёл в мир иной и подполковник Пауль Энке, т.е. убрали тех, кто что-то серьёзное знал о ценностях этой шахты».

Когда поиски Янтарной комнаты зашли в тупик, в СССР было принято решение воссоздать эту реликвию. Но реальные работы начались только в 90-е, когда появились немецкие спонсоры – германский концерн Рургаз, который выделил 4 млн долларов. Почему вдруг спустя столько лет немцы решили вложить такие немалые средства? Что скрывается за этими совпадениями? И не связано ли с этим заявление президента Ельцина о том, что мы должны вернуть Германии все перемещённые ценности?

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Президент Ельцин был настроен, что нужно возвращать всё оставшееся и находящееся на территории Советского Союза. А мы что заявляем о своих пропажах? А у нас, оказывается, нет никаких конкретных данных, кроме Янтарной комнаты! Вот тогда возник наш отдел, вот тогда мы занялись Сводным каталогом».

Только спустя 46 лет после Победы началась полноценная работа по составлению каталога похищенных нацистами во время войны культурных ценностей. Кстати, самый первый каталог был посвящён утратам Екатерининского дворца. Он был разослан по всем крупным аукционам и посольствам, и результат не заставил себя долго ждать. Благодаря каталогу и созданной тогда же поисковой системе ЭРПАС удалось вернуть подлинный предмет из Янтарной комнаты!

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Вдруг обнаруживают на чёрном рынке продажу подлинной мозаики! У всех крыша поехала… Почему Янтарную комнату найти не могут, а вот деталь нашли! И продавал её такой незаметный торгаш по фамилии Ахтерманн. Нанял адвоката, который бы помог на чёрном рынке толкнуть её за 4 миллиона долларов. Такая мозаика за такие суммы, конечно, нигде никогда не продастся. При опросе он говорил, что «какая Янтарная комната? Ничего не знаю, просто мне досталось в наследство от отца». Полиция нашла его супругу в США, они развелись 25 лет тому назад, её спросили, она ответила: «Эта мозаика висела в спальне папаши Ахтерманна, и все знали, что она из императорского российского дворца». И потом, когда закрутилось это дело, Ахтерманн, не выдержав нагрузки, скончался, а его дочь решила от греха подальше за какую-то символическую цену уступила эту мозаику. И вот сейчас эта подлинная вещь находится в запасниках Екатерининского дворца».

«Это оригинал?»

Лариса Бардовская (заместитель директора Государственного музея-заповедника «Царское Село»): «Нет, это копия с оригинала, поскольку здесь только воссозданные вещи. Мы решили, что оригинал будет жить своей жизнью, он действительно у нас суперстар, он ездит на выставки, мы всюду его показываем, очень гордимся, поэтому используем его немного в другом, так сказать, плане».

Для изготовления новой Янтарной комнаты сюда, в Царское Село, привезли из Калининграда 6 тонн янтаря. Но тут выяснилось, что нет мастеров, которые умеют работать с камнем по старым технологиям, ни в России, ни в Германии.

Пришлось всё начинать с ноля.

Когда в Царском Селе полным ходом шло восстановление Янтарной комнаты, случилось ещё одно событие, важное для нашего расследования. Архив Георга Штайна выкупил у родственников его друг барон Фальц-Фейн и подарил Российскому фонду культуры.

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Его забрали, поставили в коридор мешки с архивом. Все знали, что это ценный архив Георга Штайна».

Московские чиновники не знали, что делать с подарком и отправили его в Калининградский архив.

Николай Никандров (главный редактор «Сводного каталога культурных потерь России в период Второй мировой войны»): «Всё-таки Янтарная комната, которую Штайн искал, она же пропала в Калининграде, в Кёнигсберге».

Георг Штайн так и не смог побывать в родном Кёнигсберге. Но отчасти мечта его сбылась уже после смерти. Спустя два года странствий архив знаменитого искателя Янтарной комнаты оказался в родном городе. Только теперь столица Восточной Пруссии уже называлась Калининград.

Только в Калининграде выяснилось, что одна из самых важных папок пропала.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Пропала, во-первых, составленная Георгом Штайном карта сокровищ Третьего рейха, захороненных по всей Европе. Исчез дневник Георга Штайна. Исчезло предсмертное письмо – это документы просто уникальные, им цены нет!».

И вот – удача. Копия этого письма наконец-то попала к нам в руки. После долгих переговоров барон Фальц-Фейн нам её переслал. Теперь мы узнаем, что же нашёл Георг Штайн, и была ли эта информация смертельно опасной.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «В ночь с 10 на 11 апреля 45-го года группа офицеров СС вывезла детали Янтарной комнаты вместе с другими ценностями в шахту Гросслебен, это в Нижней Саксонии, и поместила её в забое на глубине 430 метров. 15 апреля 45-го года шахту заняли американские войска и, согласно этому письму, уже 10 мая 45-го года американцы вывезли экспонаты Янтарной комнаты через Висбаден в Антверпен, в Соединённые Штаты».

На запрос Штайна из Висбадена ему ответили, что все акты по этому делу недоступны для ознакомления, они засекречены.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «В дальнейшем было установлено, что существует соглашение между администрацией США и ФРГ о том, что депоненты 1617 (это Янтарная комната) наряду с другими культурными ценностями должны быть задержаны и сохранены как залог мирных договоров по окончании Второй мировой войны».

«Ну, только за эту информацию могли убить…»

Оказывается, Янтарная комната была спрятана немцами в самом центре Германии, в Саксонии, в шахте Гросслебен 11 апреля 1945 года.

Ну а после этого она попала в руки Соединённых Штатов, и теперь она находится в Америке! Но эта информация расходится с результатами всего нашего расследования!

Мы же установили, что 9 апреля 45-го года Янтарная комната попала в руки советских оккупационных властей в Кёнигсберге. Она же не могла находиться в двух местах одновременно!

Разгадку этой шарады мы, как ни странно, тоже нашли в архиве Штайна. Есть документы, подтверждающие, что доктор Роде по приказу Бормана посылал из Кёнигсберга лишние части Янтарной комнаты именно сюда, в Саксонию. Эти панели он не использовал при её монтаже в Королевском замке.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Штайн не знал одной детали – он просто в силу того, что увлекался поисками, не учёл одной вещи – что была немецкая Янтарная комната меньшего размера гораздо; что возникли лишние детали. Он искал ту Янтарную комнату, которая была в Царском Селе».

Итак, мы действительно нашли Янтарную комнату. Но только не всю, а её часть – именно те детали, которые в Кёнигсберге оказались лишними при монтаже вот этой комнаты в замке. Именно эти детали доктор Роде успел эвакуировать.

А где же тогда вот эта немецкая Янтарная комната?

Находка, которая соединила все разрозненные факты в стройный и завершённый пазл, лежала у всех на виду.

Александр Мосякин нашёл её в самом неожиданном месте – в архиве Кучумова, руководителя Государственной комиссии по поиску Янтарной комнаты. Это письмо Кучумову от господина Штауса из Берлина, отосланное спустя несколько лет после их встречи в Калининграде.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Письмо удивительное. Это было не просто письмо, это было письмо-ребус. Натуральный ребус на двух страницах».

После всех злоключений, которые Кучумов и Штраус пережили из-за Янтарной комнаты, после допросов и подписок о неразглашении, вполне логично, что гражданин ГДР не будет открыто писать за границу о государственных секретах. Для чиновника, проверяющего письма, это смешная дружеская карикатура.

А для Кучумова – шифровка, в которой совершенно конкретная информация, где искать Янтарную комнату.

Итак, попробуем расшифровать этот ребус, он на двух листах. Сначала, как и в обычном письме, обращение: «Мой лучший товарищ ленинградский». А дальше: «искать» перечёркнуто, Хенкензивкен.

И ещё раз: Хенкензивкен. Интересно, что это – имя или местность?

Мы выяснили. Это Фридрих Хенкензивкен. Вот его фотография.

До 45-го года он жил в Кёнигсберге и был главным инспектором музейных собраний Кёнигсбергского замка. После войны он переехал в ФРГ и работал экспертом по прусским ценностям в американском секторе Берлина. Кстати, господина Штрауса тоже привлекли в качестве эксперта по ценностям…

…только в Восточном секторе Берлина.

Ну а на втором листочке, похоже, весь путь Янтарной комнаты – от Царского Села через Калининград до Восточного Берлина.

А потом она попадает в Западный Берлин, и стоит дата – 1950 год. Т.е. получается следующее: сначала Янтарная комната была отправлена из Кёнигсберга в Восточный Берлин, где её оценивал наш знакомый – господин Штраус. Видимо, он сознательно не признал Янтарную комнату и таким образом отомстил за свои калининградские допросы и унижения.

В расшифровке чётко видно, как капитан Щукин из НКВД зажимает между ног голову страуса.

Так, видимо, он допрашивал автора письма, господина Штрауса. И вот тут ясно написано (уже на втором листочке): «Месть в Берлине» и мелко: «Ха-ха-ха…».

После экспертизы Штрауса комнату передали в американскую зону Берлина, туда, где экспертом был господин Хенкензивкен.

Но почему мы это сделали? Зачем мы своими руками отдали Янтарную комнату американцам?

У историка Александра Мосякина есть своё объяснение: «Дело в том, что оплата ленд-лиза начиналась через 5 лет после окончания войны. Платить было нечем, золота в стране не было, валюты иностранной не было. А американцы принимали в оплату, помимо золота, они принимали ценное имущество, так называемое Assets, куда входили произведения искусства».

Вот документы с международной пресс-конференции, посвящённой украденным нацистами ценностям. Это таблицы, взятые из правительственного сайта США.

Они касаются тех стран, куда немцы вывозили ценности: Португалия, Швеция, Швейцария. Здесь чётко видно, что американцы брали в качестве залога культурные ценности как денежный эквивалент, естественно, оценивая их в какую-то сумму.

Значит, то же самое могло происходить и в наших взаиморасчётах с США.

Лариса Бардовская (заместитель директора Государственного музея-заповедника «Царское Село»): «Очень может быть, что произошло недоразумение, и она могла оказаться в числе вещей, которыми было заплачено за ленд-лиз, потому что это вещь, которая очень многих привлекала. Когда у нас прошла информация по поводу того, что фрагменты были проданы на аукционе, и мы потом их внимательно рассматривали, это очень может быть. Янтарь XVII века, совершенно точно…».

Янтарная комната в 1950 году была передана в американский сектор Берлина и перешла в собственность США. Но что стало с ней дальше? Её перевезли в Америку? Или она осталась где-то на территории Германии?

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Они многие ценности оставляли в Германии. Например, взять те же самые ценности Печёрского монастыря. Видимо, нашли американцы, передали немцам, и немцы 27 лет держали в музее Реклингхаузена».

Вернёмся к шифровке Штрауса, где было чётко указано – искать Хенкензивкен.

Будем идти дальше по следу. На немецком сайте мы нашли переписку Хенкензивкена с неким Герлахом за 60-й год. В письмах говорится о Янтарной комнате и предлагается её рисунок.

Александр Мосякин (историк, публицист, автор серии книг о Янтарной комнате): «Рисунок этот мог быть сделан только после 11 апреля 45-го года. Почему? Потому что там изображены обгоревшие зеркальные пилястры, повреждённые светильники».

Т.е. на рисунке изображена янтарная стена с обгоревшими панелями, которые собрали уже после войны. Выходит, что Янтарную комнату американцы всё-таки оставили на хранении в Германии. И присматривал на ней господин Хенкензивкен.

Мы выяснили, что Фридрих Хенкензивкен после войны жил в Касселе, в доме, который находился на территории городского музейного комплекса. Мы туда позвонили, но директор, госпожа Вегинер, ответила, что ничего об этом господине не знает и никаких янтарных панелей в их музее не хранилось.

Однако мы обнаружили, что в Касселе во время войны готовили тайные хранилища для ценностей из Кёнигсберга! И господин Хенкензивкен знал все детали и позже мог воспользоваться этой информацией. Ответить на вопрос: «Где эти хранилища?» — своими силами мы не сумели. Видимо, наш поиск дошёл до того этапа, когда продолжать его нужно уже на государственном уровне.

Мы теперь знаем весь путь Янтарной комнаты. Показать её вам, по определённым причинам, не можем. Правда, знатоки утверждают, что копия значительно лучше оригинала, хотя это совсем не означает, что справедливость не должна быть восстановлена!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here