Соловецкие острова: свет над Белым морем

0
478

Соловецкие острова появились на свет, если мерить по геологической шкале, несколько секунд назад. Прошло немногим более 11 000 лет с того момента, как растаял великий ледник, покрывавший Северную Европу, и земля, избавившись от его невообразимой тяжести, начала подниматься…

Рожденные ледником

Кое-где этот процесс завершился быстро, но Соловки, примерно 10 тысячелетий назад показавшиеся над морской гладью, продолжают расти с удивительной скоростью — несколько миллиметров в год.

И та бешеная энергия, что тащит их вверх, начинает ощущаться с того момента, когда архипелаг возникает на горизонте. Немного усилий, и можно различить широкий столб света, вырывающийся из недр Белого моря и вздымающийся к ясным, почти белым даже ночью северным небесам.

Эта струящаяся снизу вверх сила может не дать тебе спать, исказить восприятие, вызвать недомогание, что пойдет в конечном итоге лишь на пользу, но в любом случае она не оставит гостя в покое…

Приехавшего на Соловки ждет настоящий маленький мир из шести больших и сотни малых островков со своими горами, озерами, лесами и тундрами, с особым христианством и язычеством, с глухими уголками невероятной красоты и оживленными туристическими объектами. Каждый найдет здесь что-то свое.

Твердыня веры

Церковь Преподобного Германа Соловецкого в Соловецком монастыре
Церковь Преподобного Германа Соловецкого в Соловецком монастыре

Большинство гостей посещают архипелаг ради монастыря.

Обитель на Соловках возникла в начале XV века, а уже через столетие здесь, на границе полярного круга, монахи под руководством игумена, будущего митрополита Филиппа, выращивали виноград, а в волнах отражались башни крепостной стены.

Но спрятаться от мирских треволнений насельникам архипелага не удалось.

Тихой и мирной жизни на Соловецких островах не знали: монастырь несколько раз пытались захватить шведы; английский флот обстреливал укрепления во времена Крымской войны; войска царя Алексея Михайловича 10 лет осаждали его после того, как местные старцы отказались признать нововведения патриарха Никона; и операция завершилась успешно только благодаря предательству.

Забавно, что в одном из скитов на Анзерском острове принял постриг сам Никон, будущий неистовый реформатор, споривший за первенство с царем и вздумавший перевернуть здание русского православия. Однако пробыл он на Соловках недолго, может быть, тот негасимый свет, что пронизывает здесь все, и подтолкнул его к тому, чтобы вступить в конфликт с братьями и перебраться на материк.

Тюрьму в обители устроили еще в XVI веке, причем содержались в ней узники особые, опасные знатностью или влиянием для властей церковных или мирских: игумены из нестяжателей, один из соправителей Ивана Грозного, татарин Симеон Бекбулатович, аристократы из Верховного тайного совета, последний атаман Запорожской Сечи, старообрядцы, члены тайных обществ и наполеоновские шпионы.

В XX же столетии монастырь и вовсе был превращен советскими властями в лагерь для политических заключенных, и зэков, прошедших через него, насчитывают тысячами.

В их числе оказались и такие известные люди, как академик Дмитрий Лихачев, философ и мистик Павел Флоренский, писатель-фантаст Сергей Снегов, поэт-биокосмист Александр Ярославский.

Монастырь очень долго был и цитаделью, и темницей, поэтому не кажется странным, что даже соборы здесь имеют воинственный, суровый вид, что не миром и покоем веет от них, а грозной мощью.

Стены укреплений сложены из громадных валунов, что вполне по руке гигантам из древних мифов, прищур бойниц-глаз в приземистых башнях остр и внимателен. Заглядывая в огромную трапезную, где вполне могло уместиться несколько сот человек, в исполинскую комнату печи, с помощью которой обогревали здание в несколько этажей, разглядывая иконостас Преображенского собора или посещая крохотное кладбище, ты почти слышишь гневный ропот тех, кто некогда либо сражался здесь, либо мучился в неволе.

Самое удивительное, что это не портит общего светлого впечатления.

Да, тут веками страдали и лили кровь, и намного больше, чем в каком-то другом месте. Но все это происходило не просто так, не ради торжества мрака и злобы, а с глубоким смыслом, для искупления грехов или очищения кармы, так что в конечном итоге хрустальное сияние, что просвечивает на архипелаге через земную плоть, стало еще ярче, еще пронзительнее.

Условия заключения на Соловках были очень суровыми и в царское, и в императорское, и в советское время. Но многие из узников, что получали свободу, выражали желание остаться на островах, и это несмотря на проведенные во мраке, холоде и тесноте годы мучений, на постоянный голод и издевательства охраны!

Желание поселиться на архипелаге, провести здесь несколько лет, а может быть и остаток земной жизни, посещает каждого гостя монастыря, и это несмотря на бурную, тревожащую ауру.

Венеция у полярного круга

Соловецкие каналы, вырытые монахами в XVII веке
Соловецкие каналы, вырытые монахами в XVII веке

Мира и покоя, которых не чувствуется в монастыре, можно поискать либо на одном из меньших островов, где еще в древности были построены скиты, либо двинуться вглубь Большого Соловецкого.

Но путь даже во втором случае, когда ты безо всякого сомнения удаляешься от моря, будет пролегать по воде.

Озера, большие и малые, общим числом более 300, имелись тут до того, как на архипелаге высадились монахи Савватий и Зосима. Неутомимые труженики в рясах связали их сетью настоящих каналов, превратили в транспортную систему, намного более удобную, чем ухабистые, кривые и не во всякое время года проходимые дороги. Сколько при этом было стерто в кровь рук, сбито заступов, можно только догадываться, но в каналах вполне может течь не вода, а пролитый при их строительстве пот.

В конце XIX века по ним ходили даже крохотные пароходики, тащившие за собой вереницы плотов и лодок.

Сейчас на каналах тишина и умиротворение, лишь шумят растущие по берегам леса и крякают утки. Сохранились укрепленные камнями и деревянными столбами берега, кое-где видны остатки настоящих, пусть и маленьких, шлюзов, наполовину сгнившие, ушедшие под воду пристани.

Порой ширина водного пути такова, что веслами цепляешь в землю с одной и с другой стороны, и тогда приходится орудовать одним из них как шестом, отталкиваясь от дна. Один толчок, другой, заросли разбегаются, и ты оказываешься на глади озера, достаточно большого, чтобы по нему ходили яхты, и солнце весело играет на синевато-серых волнах.

Минут 15 гребли, и ныряешь в очередное устье: тебя вновь окутывает безмолвный сумрак, где царят запахи хвои и свежей зелени, небо закрывают сомкнувшиеся над головой кроны, а видимость ограничивают два ряда стволов, похожих на серые и белые колонны.

Это настоящий лабиринт, протянувшийся на километры и километры, и без проводника тут заблудиться не сложнее, чем в джунглях. Погода меняется стремительно, солнце исчезает, словно его выключили, начинается моросящий дождь, затем налетает промозглый ветер с Ледовитого океана, а потом опять становится тепло и сухо, и все это за каких-то полчаса.

Здесь вместо гондольера песню тебе споет лесная птица, над головой окажется не старинный изящный мостик со спешащими туристами, а ветки с сидящими на них белками, место зданий занимают густые заросли и вообще на суше очень редки следы человека.

Но паутина каналов ничуть не менее живописна, чем в Венеции, воздух и вода намного чище, и сквозь меняющие друг друга пейзажи, точно сошедшие с полотен русских живописцев XIX века, проглядывает все тот же глубинный свет.

И крик диких гусей, что пролетают над головой, похож на молитву.

Пути шаманов

Каменный лабиринт на острове Большой Заяцкий
Каменный лабиринт на острове Большой Заяцкий

Совсем другой пейзаж встречаешь, отправившись на Заяцкие острова.

Здесь нет настоящего леса, деревья растут только карликовые, березы и рябины высотой в полметра, из строений лишь церковь Святого Андрея, возведенная во времена Петра Великого, а также пристань и несколько лабазов из той же эпохи.

Большую часть острова занимает тундра, и в ней прячутся каменные лабиринты. Выложенные из серых, обкатанных временем и бурями камней, утопающие в ярко-зеленом мху спирали, все разные по структуре и виду, огромные, до нескольких десятков метров в поперечнике.

Причем устроены они так, что ни с одной точки нельзя охватить лабиринт взглядом. Некоторые имеют центр, отмеченный валуном или даже несколькими, положенными друг на друга, другие лишены такого элемента.

Компанию лабиринтам составляют кучи камней, размещенные в аккуратном, почти математическом порядке. Обычно их называют могилами, а место, где они расположены, кладбищем, хотя кости найдены далеко не под всеми, причем не только человеческие, но и животных, и птиц.

Местами лежат отдельные валуны, пятнистые, мощные, оставленные тут ледником.

Совершенно языческий, дикий пейзаж, картинка из тех времен, когда монахи еще не пришли на Соловки, и таким он остается, несмотря на церковь и на кресты, что поставлены в разных концах острова.

Люди постоянно здесь никогда не жили, но тем не менее остров активно использовался, и сомнений нет в том, что для первых обитателей архипелага, заселивших его еще 5 тысячелетий назад, он был не просто клочком суши, а сакральной территорией, где правят законы иного мира, населенного богами, духами и предками. Сюда прибывали шаманы и их ученики, и именно они оставили после себя и «кладбище», и лабиринты. Кучи камней и в самом деле обозначают места захоронений, только не самых обычных, а таких, когда человека погребают живым и на ограниченный срок — с целью ритуального очищения, постижения неких истин, посвящения. Подобные практики известны до сих пор среди американских индейцев, и наверняка они были некогда и у народов Севера.

Найденные здесь кости остались от жертвоприношений, что иногда, но далеко не всегда, сопровождают шаманские ритуалы.

Лабиринты же построены так, что человек, идущий по ним, вынужден концентрировать внимание: крутой поворот, второй, в другую сторону, третий, снова со сменой направления, и нужно еще следить за тем, чтобы ни в коем случае не ошибиться и не ступить в соседнюю канавку!

Тогда ритуал окажется нарушен и все придется начинать сначала.

Шагая по узкой тропке меж двух рядов камней, шаман впадал в нечто вроде транса, его восприятие постепенно сдвигалось с уровня на уровень, и если входил он в каменную спираль в одном мире, то выходил через те же воротца уже в другом.

Что он там видел, какие вещи мог творить — мы можем только догадываться.

Сознание начинает ощутимо плыть, если просто созерцать один из лабиринтов некоторое время. А уж если пустить в дело эту своеобразную магическую машину, живую, несмотря на века простоя, насыщенную энергией того света, что проходит через землю и устремляется в зенит…

Для человека, что не прошел специального обучения, это просто опасно. Кто знает, куда тебя забросит простая на вид спираль из камней?

Прощание

Корабль неспешно выходит из бухты Благополучия, монастырь с его соборами и крепостными башнями остается прямо за спиной, чуть левее прячутся в гуще леса каналы Большого Соловецкого, а если же поглядеть в другую сторону, то на горизонте темнеют Заяцкие острова с их лабиринтами.

Затем это все уменьшается, удаляется, и ты видишь архипелаг целиком.

Вновь встает над морем колоссальный столп света, и тут же, словно по сигналу, по правому борту на водной глади возникает белоснежное пятнышко — провожать гостей явился кит белуха, древний хозяин местных вод, легендарный хранитель глубин и рыбных богатств.

И одновременно вспыхивает под лучом солнца, что прорвался через сизые тучи, титановый крест на Преображенском соборе.

Соловки прощаются и в то же время намекают, что будут рады видеть тебя снова.

Что ты видел и открыл далеко не все чудеса этого края.

Дмитрий Казаков

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here